Connect with us

Коррупция

Наступательный потенциал захлебывается. Враг уже проигрывает войну на истощение

Оккупантам остается лишь терроризировать мирное население.

Сможет ли Кремль покрыть понесенные потери в живой силе и военной технике и как санкции ударили по российскому оборонному комплексу? Об этом пишет Милан Лелич в статье для РБК-Украина.

В недавнем интервью американский бригадный генерал в отставке Марк Арнольд сказал, что на данный момент российско-украинская война еще не дошла до стадии «войны на истощение».

Но в любом случае, шансы на то, что активная стадия военных действий закончится уже в этом году, весьма невелики. Украинское руководство даже в своих оптимистических прогнозах говорит о победе в 2023-м. Страна-агрессор, к сожалению, до сих пор обладает значительными ресурсами, чтобы сорвать эти планы, как финансовыми, так и человеческими и военно-техническими.

В последних двух компонентах за почти пять месяцев активных боевых действий Россия понесла существенные потери. Согласно последним данным украинского Генштаба, оккупанты лишились уже почти 40 тысяч человек личного состава. А танков и бронетехники РФ уже давно потеряла больше, чем было в составе группировки, начавшей вторжение в Украину (1684 танка и 3879 броневиков, по данным Генштаба).

А по оценкам главы комитета начальников штабов Великобритании Тони Радакина, в целом, агрессоры утратили около 30% наступательного потенциала своих наземных сил.

Пенсионеры-«добровольцы»

Конечно, большие человеческие потери заставили оккупантов активно искать замену ликвидированным солдатам и офицерам. Несколько месяцев в медиапространстве периодически появляются слухи об объявлении Кремлем всеобщей мобилизации, особенно много об этом говорили накануне 9 мая.

Но до общей мобилизации дело не дошло, и неудивительно: такой шаг означал бы, что вторжение в Украину уж точно не идет по плану, и скрыть это было бы сложно даже тотальной российской госпропаганде. А те, кто активно поддерживает агрессию против Украины перед своими телевизорами, могли бы поменять мнение о происходящем, в свете перспектив лично оказаться в окопах где-то под Славянском.

Да и в целом, обеспечение большого количества мобилизованных стало бы очень тяжелой задачей, а российская экономика из-за таких мер действительно могла бы рухнуть.

Но главный момент – пока что, для решения текущих задач, такой крайний шаг, как всеобщая мобилизация, стране-агрессору просто не требуется, подтвердили опрошенные РБК-Украина военные эксперты.

Вместо этого россияне прибегают к различным ухищрениям, которые в медиа обычно объединяют термином «скрытая мобилизация» (что не совсем корректно с терминологической точки зрения).

В частности, всеми путями жителей РФ стимулируют подписывать контракты с российской армией. В частности, за счет многократного, с 25 до 200 тысяч рублей, обещанного роста месячной зарплаты для контрактников. При этом прямо не прописывается, что такой новый контрактник отправится воевать в Украину, хотя это легко прочитать между строк объявлений.

Уже отслуживших россиян, особенно офицеров с боевым опытом, активно обзванивают из военкоматов, ищут через предприятия, на которых они работают, массово публикуют объявления на интернет-биржах поиска работы.

Согласно указу Владимира Путина, был снят верхний порог ограничений по возрасту для желающих подписать первый контракт – теперь это фактически смогут делать хоть мужчины предпенсионного возраста.

Интенсивнее пошла и призывная кампания, при этом наличие каких-то отсрочек у призывников, в частности, из-за учебы или заболеваний, нередко игнорируется. Набирает ход поиск так называемых «добровольцев», де-факто – тех же контрактников, который ведет как государство, так и различные «казачьи» и «патриотические» организации. Российские медиа, позиционирующие себя независимыми, рассказывают и об активном привлечении к боевым действиям известных ЧВК «Редут» и «Вагнера» (сейчас обычно называемую «Лигой»).

И, конечно, продолжается повальная мобилизация на оккупированных РФ территориях Донецкой и Луганской области. Уже некоторое время мужчины призывного возраста в Донецке и Луганске вынуждены месяцами сидеть по домам, желательно, не по месту регистрации.

Как объяснил РБК-Украина военный эксперт Михаил Жирохов, по изначальной задумке агрессоров, такие «мобики» из ОРДЛО должны были стоять на блокпостах, брать под контроль территории, на которые РФ вторглась во время первой фазы войны.

«Но потом что-то пошло не так, и россияне решили, что лучше бросать в бой это пушечное мясо, за которое никто не спросит, чем своих людей. А ни в одной кадровой армии мира командира подразделения за потери личного состава по голове не погладят. Особенно это было видно во время штурмов Мариуполя и Северодонецка», – сказал изданию Жирохов.

По его мнению, если агрессоры не решат вернуться к планам наступления на Киев или наземного вторжения с Беларуси, то и вопрос об общей мобилизации на повестке дня реально стоять не будет.

При этом общий мобилизационный ресурс, которым обладает РФ, можно оценить примерно в 14 миллионов человек, или около 10% от общего населения страны. Для сравнения, согласно Global Firepower Index 2022, общая численность российской армии – около 1,35 миллиона человек, из которых 850 тысяч – активный персонал, еще 250 тысяч – в резерве и 200 тысяч – в парамилитарных формированиях (например, в Росгвардии).

Без «Искандеров», но с танками

Попытки россиян «нахрапом» взять Киев и другие крупные украинские города в первые недели полномасштабной войны стоили им огромных потерь танков и различной бронетехники. Российские колонны продвигались вперед зачастую без разведки и прикрытия с флангов, что делало их идеальными мишеням для современных противотанковых систем, которые Украина успела получить до февральского вторжения.

В итоге, если сопоставить данные украинского Генштаба с данными базы Military Balance, то получится, что на данный момент страна-агрессор потеряла примерно половину всех танков, находившихся в строю к моменту начала войны. Со стороны, такие потери выглядят более чем катастрофическими.

Но есть две проблемы. Первая – россияне давно изменили тактику, сосредоточившись на наступлении на очень узких участках фронта, неприкрытые танковые колонны по украинским дорогам уже давно никто не бросает. Следовательно, темпы потерь существенно снизились.

Второй момент – огромные запасы танков на российских базах хранения. Сейчас по всей РФ, от Калининграда до Сахалина, идет их расконсервация. Речь идет о более чем десяти тысячах танков. Конечно, стоит делать поправку на их устарелость (в учет идут и Т-62, и даже Т-55), и на техническое состояние, и на повальную коррупцию, которая всегда процветала на российских базах военного имущества.

Но даже если, условно говоря, из трех танков на хранении можно собрать один рабочий, общее количество все равно будет измеряться тысячами, что в разы превышает украинские запасы.

«В нашем случае не идет речь об эффективности, количественные показатели здесь переходят в качество. То есть, грубо говоря, 10 старых танков имеют перевес над одним современным. Если танк можно вывести в поле и он будет стрелять, то он все равно будет наносить нам вред», – сказал РБК-Украина военный эксперт, полковник Сергей Грабский.

Михаил Жирохов в разговоре с изданием обратил внимание и на то, что расконсервация старых, и даже древних советских танков непосредственно связана с вербовкой контрактников, в частности, отслуживших еще в советское время или же в 90-х. Они как раз и знакомы с такого рода техникой, переобучивать их на более современные машины будет долго. К тому же, если танки сейчас часто используются просто как зарытые огневые точки, разница между поколениями тех же «тэшек» не имеет такого значения.

Похожая ситуация и с артиллерией. Во время наступления на Донбассе россияне применяют тактику огневого вала, превращая в руины атакуемые города и села. По сообщениям украинского военного руководства, в день оккупанты выстреливают до 2000 тонн снарядов. Эта цифра уже более-менее сопоставима с показателями восточного фронта Второй мировой – при том, что тогда зона боевых действий, как и количество войск и техники были несравнимо большими чем сейчас.

Но опять-таки, накопленные еще с советских времен запасы примитивных, но вполне рабочих снарядов могут позволить оккупантам выдерживать такой ритм еще довольно долго.

«Потому мы и пытаемся уничтожать цепи поставок, создавать ситуацию, когда РФ не может воспользоваться своим перевесом в количестве артиллерии, танков, боеприпасов и т.д. То есть мы не можем ни в коем случае рассчитывать, что мы когда-то достигнем паритета в количественном составе, только в качественном», – сказал изданию Сергей Грабский.

Очевидно, здесь ключевую роль будут играть современные системы залпового огня, которые Украина получает от западных союзников. HIMARSы, даже в нынешнем небольшом количестве, уже демонстрируют потрясающую эффективность, став для оккупантом таким же нарицательным «оружием возмездия», которым ранее считались «Байрактары» и «Джавелины».

Проще говоря, если запасы российских боеприпасов будут уничтожаться за десятки километров до линии фронта, номинальный перевес в их общем количестве оккупантам не поможет – раз они не смогут его применить на практике.

С чем у агрессоров действительно сложилась непростая ситуация – с современными высокоточными ракетами. Это легко заметить даже из беглых наблюдений за новостями об обстрелах – из «Искандеров» по сельским коровникам уже никто не стреляет, как бывало в первые несколько недель войны. По данным украинской разведки, россияне уже использовали около 60-70% своих высокоточных ракет, в зависимости от их вида.

Необходимость экономить заставляет оккупантов перепрофилировать свои ракеты, например, использовать противокорабельные «Ониксы» – по наземным целям. Или зенитные системы, вроде С-300, предназначенные для ударов по воздушным целям – опять-таки для ударов по земле. В ход активно пошли и советские, крайне неточные, принятые на вооружение еще в конце 1960-х ракеты Х-22, предназначенные, например, против авианосцев. РФ же активно использует их для обстрелов украинских городов.

«Что касается неточных ракет, то направления их пусков – Николаев, Харьков, Одесса, эти города противник просто не возьмет, и по этим городам наносятся чисто террористические удары. Перепрофилированные ракеты создают угрозу для мирного населения за счет огромного количества осколков», – сказал РБК-Украина Сергей Грабский.

В таком случае точность действительно не играет роли – если главной целью является террор против мирного населения. И даже если, условно говоря, пять из шести Х-22 будут сбиты, одна все равно долетит и «задача» будет выполнена. А таких старых ракет у оккупантов еще очень много, одних Х-22, как считается, есть несколько тысяч.

Количество же современных, в том числе крылатых ракет, имевшихся в России, всегда было строго засекречено. Но ясно то, что компенсировать использованные вооружения агрессоры не смогут. По ряду оценок, в год Россия была способна производить лишь десятки тех же «Искандеров» или «Калибров» – то есть, на два порядка меньше, чем их расход в нынешней войне.

Санкции работают

А сейчас это будет делать еще сложнее, в связи с введенными против российского военно-промышленного комплекса санкциями. Первые такие санкции Запад ввел еще после первой российской агрессии в 2014 году, но их масштаб несопоставим с нынешними. К тому же тогда их научились вполне успешно обходить – даже Франция и Германия успешно продавали россиянам тепловизоры и электронику для использования в военных целях.

Сейчас же РФ оказалась фактически отрезана от мирового рынка современных военных технологий. А замкнутый цикл военного производства, несмотря на все пафосные разговоры об «импортозамещении», там создать и близко не смогли.

В опубликованном в апреле отчете «Операция Z: предсмертные муки имперской иллюзии» от Королевского объединенного института оборонных исследований Великобритании приводится несколько примеров зависимости РФ от западных технологий.

К примеру, ракеты 9М727 для комплексов «Искандер» используют электронную начинку, которая производится в США. Гироскоп для снарядов системы залпового огня «Торнадо» также американского производства. Часть электроники для систем ПВО «ТОР-М2» делают в Великобритании и т.д.

Даже уволенный на днях российский вице-премьер по вопросам ВПК Юрий Борисов был вынужден публично признать еще в марте, что «масштаб и глубину нынешних санкций было сложно предсказать». После появились сообщения о нехватке вертолетных, самолетных и судовых двигателей и компонентов для них, всевозможной электроники, комплектующих для танков и т.д.

Обойти санкции через Азию, в первую очередь, через Китай, едва ли получится: необходимые компоненты производятся там по американским технологиям, следовательно попадают под запрет. А официальный Пекин уже четко дал понять, что не будет ссориться со всем западным миром, чтобы помочь России.

Конечно, пока что у РФ есть определенный запас деталей, в частности, для производства крылатых ракет – хотя бы в рамках уже утвержденных военных заказов. Очевидно, будут попытки доставать необходимые компоненты по различным серым схемам, через перекупщиков и т.д. Но в любом случае, это будет дорого и сложно, и явно не в тех объемах, чтобы покрывать потребности для войны.

Таким образом, хотя догнать агрессоров по количеству танков-БТРов-гаубиц-ракет Украина не сможет, такую цель вряд ли стоит даже ставить. Для победы в затягивающейся войне нашей армии придется и дальше оттачивать свой навык воевать не числом, а умением, что играет определяющую роль в любом современном конфликте.

Милан Лелич, РБК-Украина

Чтобы не пропустить самое важное, подписывайтесь на наш Telegram-канал.

Comments

Новости